Ключи счастья. Том 1 - Анастасия Вербицкая (1993)
![Ключи счастья. Том 1](/uploads/posts/2023-04/1682338795_kljuchi-schastja_-tom-1.jpg)
-
Год:1993
-
Название:Ключи счастья. Том 1
-
Автор:
-
Жанр:
-
Язык:Русский
-
Страниц:195
-
Рейтинг:
-
Ваша оценка:
В романе Анастасии Алексеевны Вербицкой (1861 – 1928) «Ключи счастья» повествуется увлекательная романтическая история. Девушка из небогатой семьи Маня Ельцова стоит перед выбором. Любви её добиваются такие незаурядные личности, как блестящий молодой человек Николай Нелидов, и богач барон Штейнбах. Способная на самые глубокие чувства Маня в замешательстве. Сама жизнь за неё сделала выбор. Незаслуженно в своё время был забыт роман «Ключи счастья». Публикуемый сегодня, бесспорно, вызывает интерес у широкого круга читателей. Есть предположение, что роман написан, как автобиография писательницы за некий период жизни.
Ключи счастья. Том 1 - Анастасия Вербицкая читать онлайн бесплатно полную версию книги
— Я вам дам идею, madame, — говорит она начальнице. — У нас будет один такой номер, что Москва заговорит о нас. И придется с повышенными ценами повторить этот вечер.
— Фрау Кеслер! Вы — гений!
— Слушайте, madame… Известно ли вам, что маленькая Мари Ельцова дивно танцует?
— Да… учитель танцев…
— Ах, это не то! Это было бы слишком просто. Это дитя — живой символ музыкального ритма. Это талант. И родные сделали огромную ошибку, не посвятив ее сцене…
— Фрау Кеслер, вы меня заинтересовали… Что же она танцует?
— Все… и ничего… Вы слышали об Айседоре Дункан?… В России она еще не была, но с ней так много пишут! [10] Это новый род искусства… как бы возвращение к античной пляске. Маня тоже выражает в пляске все движения своей души, все грезы… Она пляшет бессознательно. Но это творчество… импровизация.
— Вы сами видели, фрау Кеслер?
— О, да… Она танцевала в дортуаре.
— Ночью?
— Ну, да… вечером.
— Раздетая?
— Нет, в рубашке.
— Фрау Кеслер! Это неприлично…
— Oh, madame! Одной рубашки совершенно достаточно. Это та же греческая туника. Наши классические юбочки балерин, поднимающиеся сзади, как хвосты кохинхинок[11] — они слишком безобразны для новой идеи танца. Нужна греческая туника. Вроде той, какую носит Дункан. Без трико и корсета…
— Без корсета?
— О да, madame… Разве Эллада их знала? И если б вы видели, madame, грацию этого ребенка, когда она носилась по дортуару перед восхищенными девочками! Я стояла за дверью и не могла оторвать глаз…
— Она плясала без музыки?
— Да… Соня Горленко напевала какую-то грустную песенку. И все. Но, уверяю вас, madame, я видела… поэму…
Маня ожила… Опять розовеют ее стаявшие щечки. Опять она смеется, сияя ямками. Жизнь манит. Мечта о чудной Венгрии заполняет ее дни и ночи.
Соня выучила венгерские танцы Брамса. И после обеда под их звуки Маня носится по дортуару в безумно-бешеном танце, растрепанная, с пылающими ящиками и глазами, вырывая крики восторга у детей.
— Вот это ты и будешь танцевать, — говорит ей фрау Кеслер. — Это и что-нибудь из твоих грез… тихих и воздушных, под адажио из «Лунной Сонаты».
Ах, что это за вечер! Что за упоение!
Забыв о публике, переполнившей залу, под рыдающие звуки Бетховена Маня скользит по эстраде, озаренная бутафорской луной… В одной тунике и сандалиях… Скользит, как призрак, ломая руки, простирая их к небу, к своей далекой мечте… И маленькое бледное личико с вдохновенными глазами полно потрясающего драматизма.
Под взрыв единодушных, бешеных аплодисментов она убегает за кулисы.
В уборную спешит за нею торжествующая, сияющая фрау Кеслер.
Быстро отстегивает она белую тунику и набрасывает на девочку красную. Все это: обе туники, неизбежное трико, сандалии, коротенькие панталончики и батистовая, тонкая, как шелк, рубашка — куплено и сшито самой фрау Кеслер. Она же из роскошной косы Мани устроила ей греческую прическу. Она же наложила на маленькое личико грим. И Маня стала красавицей.
Вот раздаются экзотические, то тоскливые, то бешеные, звуки «Венгерских танцев» Брамса. В них уныние одиночества и томление неразделенной страсти… В них ширь и зной азиатской пустыни…
Стремительно выбегает девочка из-за кулис. И останавливается… Вся подавшись вперед, напряженная, как струна, с искрящимися глазами… Она как бы прислушивается к нарастающей в душе ее волне творчества…
Миг… И она закружилась, заметалась по сцене, неуловимая, неутомимая, жизнерадостная, искристая. Шпильки упали из головы. Волосы покрыли плечи. Она похожа на русалку, которая кружится в седом тумане над болотом. Она похожа на лесного эльфа, пляшущего под дубом на опушке леса в лунную ночь…
Когда она убегает за кулисы, она падает на пол почти без чувств.
Но ее вызывают, вызывают без конца. Имя ее на всех устах. Завтра о ней будет говорить весь город.