Knigionline.co » Фантастика и фэнтези » Богам божье, людям людское

Богам божье, людям людское - Красницкий Евгений Сергеевич (2010)

Богам божье, людям людское
Ты можешь быть атеистом и не веровать в богов, ты можешь быть эгоцентристом и верить только в самого себя, ты можешь быть нигилистом и отрицать вообще абсолютно всё, но опасайся – боги способны наказать, даже если их и на самом деле не существует. Наказание будет приведено в действие либо с помощью рук людей верующих в богов, либо условиями, ибо ты в гордом неверии своем не сможешь правильно просчитать и понять мотивации людей, а выходит, верно предвидеть или интерпретировать их поступки. Но и наказывать боги умеют разнообразно, например, на мгновение приоткрыв кулису за тем, чего, по твоему безверному убеждению, вовсе нет…

Богам божье, людям людское - Красницкий Евгений Сергеевич читать онлайн бесплатно полную версию книги

— А я не дурнее Нинеи! И придумывать тут ничего не надо — по тебе и так все видно! — Анна снова обернулась к Юльке. — Слыхала? Такие они все загадочные и мудрые, а мы, дуры, ничего не видим и не понимаем! Только на то и годны, чтобы детей им рожать, да портки их от дерьма и кровищи отстирывать!

Юльку настолько покоробили слова и поведение Анны, что она даже открыла рот для возражений, хотя еще и сама не знала, что скажет. Чувство того, что никто не смеет разговаривать так с ее Минькой… кроме нее самой еще не сформировалась в слова. Открыла рот… да так и осталась, потому что глянула случайно на Миньку. А тот смотрел на мать так же, как частенько глядел на Юльку — понимающе и снисходительно — повидавший жизнь старик, глядящий на разгорячившуюся по пустяку молодуху.

— Все-то вы, женщины о нас, грешных, знаете, — не Минькин это был голос, не Минькин, Юлька готова была поклясться — кроме одного: почему мы одних любим, а на других женимся.

— Фрол… — едва слышным, несмотря на повисшую тишину, голосом, вымолвила вдруг помертвевшими губами Анна.

— Крестильник… — прошептала, чувствуя, как слабеют в коленках ноги, Юлька.

* * *

Алексей и Настена сидели лицом друг к другу в избушке лекарки, развернувшись бочком на лавке, на которой Алексей еще недавно лежал, пока Настена осматривала его рану. Правая ладонь старшего наставника Младшей стражи лежала в левой руке ведуньи, и он неторопливо, с явной благожелательностью, разговаривал с ней, казалось бы беспорядочно перепрыгивая с темы на тему. Постороннему зрителю показалось бы, что беседуют то ли брат с сестрой, то ли очень близкие друзья, оба получая от разговора удовольствие и не замечая бегущего времени. Более внимательный зритель, пожалуй, смог бы уловить одну странность — голоса. Создавалось впечатление, что говорит один тот же человек, но попеременно то мужским, то женским голосом, настолько совпадали интонации, темп речи, частота дыхания… И еще одну странность мог бы заметить сторонний наблюдатель — очень уж откровенен был Алексей, буквально раскрывал перед Настеной душу.

Но никаких посторонних зрителей в избушке не имелось, и тихо сидящей в уголке Юльки тоже, как бы, не было. Без малого, три года назад, когда Настена решила, что уже можно позволить дочке присутствовать при приеме больных, она научила Юльку «уходить, не уходя». Пациент слышал, как Настена велит дочке выйти, видел, как та идет к двери, слышал, как дверь хлопает, а вот то, что маленькая лекарка никуда не ушла и бесшумно прошмыгнула в специально устроенный уголок, не замечал — Настена ловко отвлекала его внимание. Из своего укрытия Юлька даже могла высунуться и посмотреть, что мать делает с больным, надо только было очень внимательно слушать, что та говорит, и, когда в разговоре прозвучит намеренно вплетенное в речь, заранее оговоренное слово, тут же спрятаться.

Вот и сейчас Алексей даже и не подозревал о Юлькином присутствии, а юная лекарка все видела, слышала и прекрасно понимала, что мать не просто разговаривает с приятным ей собеседником, а тонко и уверенно работает, переводя разговор с одной темы, важной и волнительной для Алексея, на другую, не менее важную и волнительную, пусть даже сам собеседник эту важность не всегда сознает. Нет, это был не «лекарский голос» — успокаивающий, расслабляющий, завораживающий — это были воплощенные в женском облике: доброжелательность, отзывчивость и понимание, тонко улавливающие чувства собеседника и ненавязчиво вызывающие на себя словесное выражение этих чувств. Полная и решительная противоположность Нинеиному «рассказывай!».

Перейти
Наш сайт автоматически запоминает страницу, где вы остановились, вы можете продолжить чтение в любой момент
Оставить комментарий